Электронная библиотека

быть полезно для многоуважаемой Дарий Ильинишны, она может располагать мною

вполне по своему усмотрению. В противном случае я готов, дабы предотвратить

всякую возможность дальнейших недоразумений, немедленно устраниться с дороги

Дарий Ильинишны и даю свое честное слово, что ни в какой мере не явлюсь для

нее помехой при браке, в который она намеревается вступить, как я о том

известился. Ты достаточно знаешь, что на мое слово можно положиться твердо,

а посему, любезный друг Кузьма, я рассчитываю, что ты поймешь всю чистоту

моих намерений и оценишь всю прямоту моих слов, а засим остаюсь готовый к

услугам - Аркадий Липецкий".

Прочтя это письмо, Кузьма не то подумал, не то процедил сквозь зубы:

- Ну нет, содействие твое, голубчик, ей полезно не будет!

Кузьма спрятал письмо в карман и в угрюмой задумчивости продолжал

осматривать все, что его окружало.

Он был в лавке один. Отец - у Михалыча. Молодцы полдничали в полутемном

проходе, ведшем из лавки в хозяйскую, присев на пустые ящики: пили чай или,

быть может, тайком "сорокоушку". Кипы товара, как обычно, высились у задней

стены, словно Кавказские горы. В окно был виден грязный двор и непомерно

большая вывеска: "Водогрейня". Флор Никитыч опять стоял у противоположного

окна и барабанил пальцами по стеклу. Ничего не переменилось кругом; мир,

знакомый Кузьме с детства, продолжал свое медленное и тусклое существование.

Лишь сам Кузьма сознавал себя иным, чем два дня назад.

О Аркадии Кузьме не хотелось и думать. Горечь разочарования в человеке,

которым он так долго восхищался, мучила нестерпимо. "Себялюбец, пустослов,

франт, ловелас, трус", - записал об нем Кузьма в своем "Журнале" и потом

приписал еще: "и подлец!" Но тем более хотелось думать о Даше и о самом

себе. При некоторых воспоминаниях Кузьма зажмуривал глаза, словно от

телесной боли.

Орина Ниловна, несмотря на свои годы и постоянную приниженность,

обошлась с Дашей, при ее водворении домой, сурово: она "отхлестала" Дашу по

щекам. И Кузьма не вступился за сестру, стерпел: надо было удовлетворить

маменьку, чтобы она осталась соучастницей заговора и ничего не рассказала

отцу. Даша тоже стерпела побои и даже плакала не больше обычного. Она вообще

была как бы не совсем живой, обмершей. Что у нее произошло с Аркадием в ту

ночь, она так и не рассказала брату. Когда он участливо начал расспрашивать,

Даша ответила настойчиво: "Не поминай, братик, его: я об этом человеке

больше ничего слышать не хочу!" Видно, вовремя пришел Кузьма за сестрой!

"Бедная ты! Глупая ты! - думал Кузьма, - развесила уши на россказни

этого щеголя! Поверила, что и взаправду ты ему нужна! Никому мы не нужны,

какое кому до нас дело! Пусть пропадаем, тонем, вязнем в нашем болоте: туда

нам и дорога. А ежели якшаются с нами, то либо затем, чтоб взаймы попросить,

либо потому, что лицом девушка приглянулась. Все у них то же, что и у нас:

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки