Электронная библиотека

хотите сделать меня своей собственностью и мою красоту присвоить себе? Когда

же я вырываюсь из цепей, вы называете меня проституткой и, как последний

довод, стреляете себе в сердце!

Или я безнадежно глупа, или сошла с ума, или это - величайшая

несправедливость в мире, проходящая сквозь века. Все мужчины тянут руки к

женщине и кричат ей: хочу тебя, но ты должна быть только моей и ничьей

больше, иначе ты преступница. И каждый уверен, что у него все права на

каждую женщину, а у той нет никаких прав на самое себя!

Володя, любимый мой Володя, милый мальчик, сошедший с портрета

Ван-Дика! Как мне хорошо было с тобой, в черной гондоле, на канале,

где-нибудь около Джованни и Паоло, слушать венецианские серенады и смотреть

в твои скромные глаза под большими ресницами! Как мне хорошо было с тобой в

нашей комнате, которую потом ты убрал гравюрами с Рембрандта, где ты

проводил дни и недели, ожидая моего прихода! Какие у тебя были ласковые

губы, пахнущие, как земляника в июле, какие нежные плечи, как у девочки,

которые хотелось искусать в кровь, как умел ты лепетать слова наивные и

страстные вместе... Никогда больше я тебя не поцелую, не обниму, не увижу,

мой мальчик!

Прости меня, Володя, хотя я и не виновата в твоей смерти. Я отдавала

тебе все, что могла, а может быть, и больше. То, чего ты требовал, я отдать

не могла.

Но не надо думать, не надо, а то я помешаюсь. Одолеть волнение,

овладеть собой, забыть этот облик распятого у двери юноши! А, как тяжело мне

сегодня!

XIX

Около года спустя

С отвращением беру я в руки эту тетрадь. Мысль, что чужие пальцы

перелистывали эти страницы, что чужие глаза читали мои самые интимные

признания, делают ее для меня ненавистной. Но, просто и коротко, все же

запишу я, о последних событиях в моей жизни, чтобы повесть, начатая здесь, не

осталась без окончания.

Через день после самоубийства Володи Модеста арестовали. Арестовали на

вокзале, когда он уже готов был ехать в Финляндию, а оттуда за границу.

Оказалось, что его подозревали уже давно, только старались собрать больше

улик и потому до времени оставляли на свободе. Затем арестовали и меня, так

что несколько недель я провела в самой настоящей тюрьме, пока дядя не взял

меня на поруки, под залог.

Мой дневник сначала попал в руки полиции, которая, .производя у меня

обыск, ухитрилась отыскать его в потайном ящике моего письменного стола.

Однако дяде Платону, как моему доверенному лицу, удалось добиться, что этот

дневник был ему возвращен среди разных "ничтожных" бумаг, а не передан

следователю и не приобщен к числу "вещественных доказательств". Иначе были

бы все улики для обвинения меня если не в соучастии, то в "недонесении" на

преступника, который был мне известен. Всего вероятнее, что присяжные меня

оправдали бы, но мне пришлось бы пережить все унижения суда. Теперь же

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки