Электронная библиотека

Геркулес Омфалы, но, не желая лгать, признаюсь, что два соображения тогда пришли мне на ум. Первое, -- что, действительно, грех, совершаемый за другого, тяжёл лишь вполовину на весах Справедливости, и второе, -- что, может быть, в согласии моём не будет и никакого реального греха, ибо вряд ли Рената в самом деле найдёт способы поставить меня пред лицом Дьявола. Поэтому я не только уступил нежной настойчивости, но и, как хладнокровный игрок, сделал важную ставку, ответив наконец Ренате, что отказывать её просьбам нет у меня сил и что её счастию готов я пожертвовать своей жизнью, этой и вечной. Рената же, когда я произнёс это своё торжественное обещание, стала глубоко-строгой и вдруг, преклонившись предо мною до земли, униженно поцеловала мне колени, так что охватило меня и смущение и стыд, и я не знал, что делать или что говорить, и воистину пожелал отдать за неё и жизнь и душу!

И когда, немного спустя, я спросил Ренату, каким путём должен я искать содействия Князя Тьмы, и она ответила мне без колебания: "Ведь завтра среда, и ты легко найдёшь его на обычном шабаше", -- я, хотя и не мог не содрогнуться, вспомнив все рассказы о мерзостных и постыдных обрядах, совершаемых на этих запретных собраниях ведьм и демонов, -- однако не возразил ни словом и не выказал ничем своего волнения. А Рената в тот вечер была ласкова необыкновенно, и ту ночь я вновь провёл на её постели около её ещё чуждого мне, но всё же нежного тела.

II

Всё, что произошло на следующий день, хочу я описать с особым тщанием, ибо придётся мне рассказывать о вещах спорных, многими в наши дни подвергаемых сомнению и для меня самого не вполне уяснённых. До сих пор, отойдя уже на далёкое расстояние от того дня, не умею я сказать с полной уверенностью, было ли всё пережитое мною -- страшной правдой или не менее страшным кошмаром, созданием воображения, и согрешил ли я перед Христом делом и словом или только помышлением. Хотя сам я и склоняюсь ко второму мнению, но не в такой мере, чтобы не искать прибежища у милосердия Божия, которое, будучи неисчерпаемым, одно может оправдать меня в случае, если не призрачны были совершённые мною кощунства. Поэтому воздержусь я от всякого решения и буду пересказывать всё, что сохранила мне память, -- так, как если б то была явная действительность.

С самого утра Рената стала готовить меня к принятому мною на себя делу и постепенно, словно случайно упоминая то об одном, то о другом, знакомить меня с чёрной сущностью всего, что я должен был исполнить и о чём я знал лишь весьма неопределённо. Не без смущения узнал я в подробностях, какие богохульные слова должен буду я произнести, какие богопротивные проступки совершить и что за видения вообще ожидают меня на том празднестве. Но в то же время соблазн любопытства, которое Фома Аквинат называет пятым из смертных грехов, разгорался во мне настолько яростнее, что я сам выспрашивал у Ренаты мелкие подробности о том, что могло ожидать меня на собрании, и сердце моё билось столь же упоительно, как у мальчика, впервые идущего в объятия сладострастия.

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки